| Ссылка на первую часть отчета: https://ogsnc.com/analytics/april-2026-_-monthly-analysis-of/

Как меняются цены на нефть?

В апреле 2026 года средняя цена российской нефти сорта Urals продолжила расти, увеличившись на 19% месяц к месяцу, до 112,3 долл. США за баррель. Она оставалась более чем вдвое выше обновленного ценового потолка ЕС и Великобритании — 44,1 долл. США за баррель, вступившего в силу 1 февраля 2026 года.

В апреле дисконт нефти сорта Urals к глобальному бенчмарку Brent резко сократился, поскольку спрос на российскую нефть вырос после продления санкционного исключения США, на фоне ограничений доступности танкеров и других рыночных факторов. Хотя цены на российскую нефть значительно выросли под влиянием более высоких расходов на фрахт и страхование для более длинных рейсов с санкционной российской нефтью, цены на условиях FOB — вероятно, по-прежнему ниже Brent. Данные CREA по ценам на сырую нефть моделируют цены российской нефти с привязкой к фьючерсам.

Санкционные танкеры перевозят большую часть российской нефти, несмотря на санкции G7+

• В апреле 2026 года более половины (54%) российской морской нефти перевозилось «теневыми» танкерами под санкциями — резкий рост по сравнению с 48% в марте. Еще 38% объема было перевезено танкерами G7+. Оставшаяся часть была перевезена несанкционными «теневыми» танкерами.
• Танкеры G7+ перевезли 23% российского экспорта сырой нефти в апреле, тогда как несанкционные «теневые» танкеры обеспечили 8% общего объема. Наибольшая доля, 69%, была перевезена санкционными «теневыми» танкерами.
• По нефтепродуктам зависимость России от танкеров G7+ выше: эти танкеры перевезли 67% российских нефтепродуктов в апреле. Санкционные «теневые» танкеры перевезли 26% совокупных объемов российских нефтепродуктов, а несанкционные «теневые» танкеры обеспечили 7% объема.
• В апреле санкционные «теневые» танкеры обеспечили рекордно высокую долю российского экспорта ископаемого топлива.

В апреле 2026 года на конец месяца 47 «теневых» судов работали под ложными флагами. Шестнадцать судов (34%) выглядят простаивающими, поскольку не загружали никаких грузов более шести месяцев. Пять судов в апреле доставили российскую сырую нефть и нефтепродукты на сумму 236 млн евро, находясь под ложным флагом.

Восемь (13%) из 47 судов под ложным флагом в последний раз загружали иранскую, а не российскую сырую нефть или нефтепродукты; большинство из них чередуют эти два направления, что отражает общую инфраструктуру судов, обслуживающих обе санкционные нефтяные торговли.

Только одно судно под ложным флагом в апреле загрузило российскую нафту на сумму 18 млн евро в портах Балтийского моря, хотя оно еще не прошло Датские проливы.

В апреле 2026 года число сообщений о задержаниях и проверках российских «теневых» танкеров снизилось: с четырех в марте 2026 года до одного в апреле. 3 апреля российский «теневой» танкер Flora 1, санкционированный Великобританией и ЕС, был взят на борт и задержан шведской береговой охраной после того, как власти связали 12-километровый нефтяной разлив в Балтийском море с этим судном. Шведские власти не нашли окончательных доказательств связи Flora 1 с разливом и освободили судно 4 апреля 2026 года. Инцидент подчеркивает повышенное внимание к «теневым» танкерам, нарушающим экологические нормы.

Несмотря на заявление правительства Великобритании от 25 марта о том, что оно разрешило британским военным брать на борт санкционные суда «теневого флота», проходящие через воды Великобритании, в апреле 2026 года сообщений о задержании российских «теневых» танкеров британскими прибрежными властями не поступало.

«Теневые» танкеры создают значительные экологические риски и влияют на эффективность санкций

• В апреле 2026 года 346 судов экспортировали российскую сырую нефть и нефтепродукты. Среди них 218 были танкерами, принадлежащими или застрахованными в странах G7+, а оставшиеся 128 были «теневыми» танкерами. Кроме того, 42% этих «теневых» танкеров (54 судна) были возрастом не менее 20 лет.
• Старые «теневые» танкеры, перевозящие российскую нефть через воды ЕС, создают экологические и финансовые риски из-за своего возраста, плохого технического обслуживания и недостаточного страхования ответственности владельцев судов и фрахтователей (P&I). В случае нефтяного разлива или аварии прибрежные государства могут столкнуться со значительными расходами на ликвидацию последствий и ущербом для морских экосистем.
• Стоимость очистки и компенсаций после нефтяного разлива с участием танкеров с сомнительным страхованием может превысить 1 млрд евро для налогоплательщиков прибрежных стран.

• В апреле 2026 года российская нефть на сумму, по оценке, 209 млн евро была перегружена посредством перевалок «судно-судно» (STS) в водах ЕС.
• Все STS-перевалки российской нефти в водах ЕС проводились в водах Кипра (73%), Литвы (25%) и Испании (2%).
• Одна партия российской нефти стоимостью 37 млн евро, по-видимому, была перегружена по схеме STS вблизи Клайпеды, Литва. В настоящее время ее покупатель и пункт назначения неизвестны.
• Среднесуточный объем перевалок в апреле 2026 года составил 7 млн евро. Танкеры G7+ осуществили 100% этих перевалок.

Как союзники Украины могут усилить давление?

Доходы России от экспорта ископаемого топлива снизились после введения санкций, тем самым ограничив способность Путина финансировать полномасштабное вторжение в Украину. Однако необходимо сделать гораздо больше, чтобы ограничить экспортные доходы России и сократить финансирование военной казны Кремля.

Снизить ценовой потолок на нефть до базового уровня, который ограничит российские доходы

Ценовой потолок на нефть не смог обеспечить устойчивое ограничение экспортных доходов России от сырой нефти: он работал лишь кратковременно и выборочно для Urals, тогда как другие сорта и экспортные каналы в значительной степени остались незатронутыми. Цены Urals опускались ниже уровня потолка 60 долл. США за баррель лишь на короткие периоды времени; с 1 февраля 2026 года потолок цен на сырую нефть был снижен до 44,1 долл. США за баррель. При этом нефть ESPO стабильно торговалась значительно выше потолка из-за ее структурной ориентации на Китай и тихоокеанские рынки.

Санкции G7+ были сфокусированы на российских доходах, а не на ограничении российских экспортных объемов, с целью сохранить поступление российской нефти на мировые рынки и снизить опасения по поводу ограниченности предложения. Такие меры, как ценовой потолок, в основном направлены на снижение цены, по которой Россия могла бы продавать свою нефть.

В январе 2026 года, когда цены на российскую нефть резко снизились из-за избытка предложения на рынке, ЕС предложил запрет на морские услуги, способствующие экспорту российской сырой нефти. Впоследствии, в апреле 2026 года, ЕС принял свой 20-й пакет санкций, который включает основу для будущего запрета на морские услуги в отношении российской сырой нефти и нефтепродуктов; однако он будет реализован только в случае достижения соглашения с G7 и членами Коалиции ценового потолка. Запрет на морские услуги впервые был бы направлен на российские экспортные объемы нефти и имел бы целью сократить танкерные мощности, необходимые для транспортировки российской нефти по всему миру.

Резкий скачок цен на нефть после закрытия Ормузского пролива привел к переосмыслению этой политики, чтобы не создавать дополнительных дефицитов предложения на мировых рынках. Поэтому в условиях текущего энергетического кризиса 2026 года CREA рекомендует Коалиции ценового потолка либо исправить политику ценового потолка, закрепив его на базовом уровне, который жестко ограничит российские доходы, либо внедрить санкцию, основанную на стоимости, например налог на использование западных морских услуг для транспортировки российского ископаемого топлива.

• Чтобы политика ценового потолка достигла желаемого эффекта, ключевым фактором является жесткое правоприменение. В апреле 2026 года полное соблюдение ценового потолка 44,1 долл. США за баррель сократило бы доходы на 46% — примерно на 6,7 млрд евро.
• CREA рекомендует установить ценовой потолок на пониженном уровне 30 долл. США за баррель — все еще значительно выше себестоимости добычи в России, которая в среднем составляет 15 долл. США за баррель. Такой ценовой потолок сократил бы экспортные доходы России от нефти на 38% (184 млрд евро) с начала санкций ЕС в декабре 2022 года до конца апреля 2026 года.
• Только в апреле ценовой потолок 30 долл. США за баррель сократил бы российские доходы на 47% (7 млрд евро).
• Снижение ценового потолка имело бы дефляционный эффект, снижая экспортные цены российской нефти и стимулируя Россию производить больше, чтобы компенсировать падение доходов.

Создать более эффективные механизмы правоприменения политики ценового потолка

Страны, вводящие санкции, должны внедрить меры, направленные на борьбу с мошенничеством в документах подтверждения, которое является ключевым фактором несоблюдения правил. Морские страховщики или владельцы судов в настоящее время не имеют прямого доступа к информации о цене нефти, которую они страхуют или перевозят, и зависят от подтверждающих документов, предоставляемых нефтетрейдерами для соблюдения ценового потолка.

При этом большая часть российской сырой нефти сейчас торгуется непрозрачными структурами, расположенными за пределами стран Коалиции ценового потолка, например в Объединенных Арабских Эмиратах (ОАЭ) и Гонконге. Эти трейдеры могут мошеннически занижать цену, которую они заплатили, чтобы получить западные морские услуги для перевозки российской нефти.

Морских страховщиков и нефтетрейдеров необходимо обязать получать банковскую выписку, подтверждающую, что российская нефть была продана ниже ценового потолка, чтобы предотвратить подготовку мошеннических подтверждающих документов. Такая банковская выписка должна быть проверена самим банком, чтобы снизить риск подделки документов нефтетрейдером. Это также позволило бы поставщикам морских услуг независимо проверять цену, уплаченную за нефть.

В качестве альтернативы изменению и обеспечению соблюдения политики ценового потолка санкционные юрисдикции могли бы использовать свое влияние для налогообложения использования Россией морских услуг G7+ при транспортировке ее ископаемого топлива.

Ограничить рост числа «теневых» танкеров и ужесточить регулирование, направленное на перерабатывающую лазейку

Регулярное введение санкций против российских «теневых» судов вернуло часть российской нефти на танкеры, принадлежащие или застрахованные в странах G7+. Тем не менее российские «теневые» танкеры по-прежнему доминируют в транспортировке российской сырой нефти. Кроме того, многие санкционные суда продолжают доставлять нефть в порты по всему миру, причем санкции ЕС и Великобритании, в частности, часто нарушаются. Страны, вводящие санкции, должны согласовать свои списки судов и модели правоприменения, чтобы усилить влияние на их операции.

Прибрежные государства должны активизировать усилия по мониторингу, проверке и задержанию судов «теневого флота», не имеющих законных прав прохода, таких как суда без флага, незаконно простаивающие суда или суда, представляющие угрозу безопасности. Власти должны обеспечивать соблюдение и улучшать экологическое и навигационное законодательство в своих территориальных водах, расследуя деятельность подозрительных судов и поднимаясь на борт, когда для этого есть основания. Экипажи, вовлеченные в преступную деятельность, должны подвергаться уголовному преследованию, а несоответствующие требованиям суда и персонал должны становиться объектами международных ордеров на арест.

В рамках своего 18-го пакета санкций ЕС запретил импорт «нефти, переработанной из российской сырой нефти». Регламент запрещает импорт из стран, являющихся «чистыми импортерами» сырой нефти. Статус чистого экспортера не исключает импорт и переработку российской нефти, особенно в юрисдикциях с гибкими или непрозрачными практиками закупки сырья. Чтобы закрыть этот пробел в правоприменении, исключение должно применяться на уровне НПЗ, а не на национальном уровне. Нефтепродукты должны подпадать под импортные ограничения, если они произведены на объектах, которые перерабатывали российскую нефть в течение последних шести месяцев, независимо от заявленного происхождения конечного продукта или статуса страны размещения как чистого экспортера.

Исключения для стран, включая Великобританию, США, Канаду, Норвегию и Швейцарию, создают возможность для реэкспорта в ЕС нефтепродуктов, произведенных из российской нефти. Этот пробел необходимо закрыть, чтобы санкции были всеобъемлющими и герметичными. ЕС должен работать со своими партнерами, чтобы побудить их также запретить импорт нефтепродуктов с НПЗ, работающих на российской нефти.

Импорт нефтепродуктов или нефтехимической продукции с терминалов хранения или реэкспортных хабов в странах, не вводящих санкции, которые получали партию российской нефти в предыдущие шесть месяцев, должен быть запрещен для экспорта в санкционные юрисдикции. Это направлено на предотвращение сокрытия происхождения импортированных российских нефтепродуктов реэкспортными хабами, которые затем отправляются в страны, вводящие санкции, как в подозрительных случаях, наблюдавшихся в Турции и Грузии.

Более жесткое правоприменение санкций и мониторинг нарушений

Несмотря на явные доказательства нарушений, необходимы более жесткие меры со стороны ведомств в отношении грузоотправителей, страховщиков и владельцев судов. Эта информация должна широко распространяться в публичном пространстве. Штрафы в отношении нарушающих требования организаций повышают воспринимаемый риск быть пойманными и служат сдерживающим фактором.

Наказания за нарушение ценового потолка должны быть значительно более суровыми. Текущие санкции включают 90-дневный запрет для судов на получение морских услуг после нарушения ценового потолка, что является относительно мягкой мерой. Если судна признаны виновными в нарушении санкций, они должны быть оштрафованы и навсегда запрещены.

Страны G7+ должны запретить STS-перевалки российской нефти в водах G7+. STS-перевалки, осуществляемые старыми «теневыми» танкерами с сомнительной историей технического обслуживания и страхования, создают экологические и финансовые риски для прибрежных государств и логистически помогают России экспортировать большие объемы сырой нефти. Прибрежные государства должны требовать от нефтяных танкеров, подозреваемых в принадлежности к «теневому» флоту и перевозящих российскую нефть через их территориальные воды, документы, подтверждающие наличие достаточного морского страхования. В случае непредоставления таких документов, после идентификации в качестве «теневого» танкера, такие суда должны быть внесены в санкционные списки Office of Foreign Assets Control (OFAC), Великобритании и Европы. Такая политика могла бы ограничить способность России перевозить нефть на «теневых» танкерах, которые не обязаны соблюдать политику ценового потолка на нефть.

Для укрепления целостности морских операций Международная морская организация (IMO) должна пересмотреть свои руководящие принципы, чтобы повысить прозрачность морского страхования. IMO должна обязать государства флага требовать от судовладельцев и страховщиков публичного раскрытия ключевой финансовой информации, включая данные о платежеспособности страховщика, кредитные рейтинги признанных агентств и аудированную финансовую отчетность. Морские власти прибрежных государств должны иметь законную возможность и стимулы задерживать танкеры, которые ходят под ложными флагами и поэтому создают экологические и угрозы безопасности.

Материал подготовлен на основе аналитического отчета CREA (Centre for Research on Energy and Clean Air).

Авторы: Luke Wickenden and Isaac Levi; Дата-сайентист: Panda Rushwood