Еврокомиссия рассчитывает на снижение стоимости СПГ при переизбытке предложения на мировом рынке, чтобы компенсировать исчезновение российских поставок, но риски все равно велики. Для России же это очередная головная боль в организации экспорта.

Совет Евросоюза согласовал поэтапный отказ от импорта газа из России с 1 января 2026 года, который предложила Еврокомиссия (ЕК), сейчас идут переговоры в Европарламенте, но их исход практически очевиден — законопроект примут. Пока в документе указано, что будет переходный период, в ходе которого до 1 января 2028-го могут действовать уже существующие контракты. Хоть это исключение и сглаживает углы, позволив российским и европейским компаниям выполнить часть обязательств, оно не отменяет того факта, что впереди обе стороны ждут серьезные проблемы.

России в срочном порядке нужно искать новые рынки сбыта, причем с трубопроводным газом ситуация и вовсе тупиковая, поскольку его, как СПГ, не выйдет перенаправить на другие рынки в силу технических причин. Впрочем, найти покупателей для российского сжиженного газа, который уйдет с европейского рынка, тоже все сложно. Сама же Европа, кстати, тоже лучше жить не станет, поскольку ей придется заменять выпавшие объемы, идущие из РФ, дополнительными поставками СПГ. Транспортное плечо у них будет явно длиннее, чем в случае с закупками у российского проекта «Ямал СПГ» или с заводов в Балтийском море.

Какие объемы заблокируют и куда их перенаправить?

Европейский Совет утвердил ключевой пункт дорожной карты REPowerEU, который изначально предлагала Еврокомиссия еще в 2022-м. С начала 2026 года европейские страны не должны покупать российский газ. Ни трубопроводный, ни сжиженный.

Есть лишь небольшое исключение.

«Будет сохранен переходный период для действующих контрактов. В частности, краткосрочные контракты, заключенные до 17 июня 2025 года, могут действовать до 17 июня 2026 года, а долгосрочные контракты — до 1 января 2028 года»,

 — говорится в документе, опубликованным Советом ЕС.

Контроль поставок для такого рода исключений будет довольно высоким. Для российского газа и импорта, подпадающего под действие переходного периода, информация, необходимая для получения разрешения, должна быть предоставлена как минимум за месяц до ввоза.

Для России это все значит, что с 2026 по 2028 гг. европейский рынок газа будет потерян окончательно. Объемы, которые туда шли, конечно, уже несоизмеримы с тем, что было до 2022-го, когда РФ поставляла в Европу около 150 млрд кубометров в год.

Однако и нынешняя потеря для российских экспортеров газа будет весьма неприятна.

• По итогам 2024-го на европейский рынок пришлось около 17,4 млн т, или 52%, всего экспортированного из России СПГ (на 4% больше, чем в 2023-м);
• За 2024-й Россия поставила по трубопроводам до 32,1 млрд кубометров газа, а по итогам 2025-го, учитывая, что в этом году остановлен украинский транзит, — около 15 млрд кубометров.

Перебросить такие объемы будет крайне непросто. А в случае с трубопроводным газом, который сейчас из России в Европу попадает только по «Турецкому потоку» (15 млрд Турции, столько же идет дальше — в Европу), вариантов вообще нет. Несмотря на дешевизну поставок по трубопроводу (по сравнению с доставкой по морю сжиженного газа), у него есть один большой недостаток: конечный покупатель всегда один, он находится на другом конце трубы и этого никак не изменить.

«СПГ-замещение для РФ возможно только на азиатские рынки, причем не в КНР, а в южную часть Юго-Восточной Азии. Но это нетривиальная задача, которая потребует жесткой борьбы за рынки сбыта и еще большего флота газовозов, поскольку будет более длинное транспортное плечо. Насколько НОВАТЭК и „Газпром“ справятся, будет понятно уже постфактум, когда произойдет непосредственный разрыв с европейским рынком»,

— рассказал «НиК» директор по исследованиям Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев.

С трубопроводным газом все намного хуже. По мнению эксперта, многое будет зависеть от того, станет ли ЕС закрывать глаза на вероятный реэкспорт газа Турцией и Азербайджаном. Пока что от наднациональных структур Евросоюза слышно, что Брюссель намерен такой реэкспорт пресекать.

«Есть баланс добычи и импорта газа Турцией, за счет которого можно без проблем понять, прокачивает ли она в Европу добытый на ее территории газ или добавляет сверху этого еще и российское голубое топливо. Если речь будет идти о прокачке в ЕС 1-2 млрд кубометров в год, то поймать на реэкспорте Анкару будет крайне сложно, а вот если речь пойдет о 5-15 млрд, то российское происхождение таких поставок будет очевидным. К тому же таможенные органы ЕС наверняка потребуют сертификацию товара»,

 — говорит Алексей Белогорьев.

Он также добавил, что вполне возможны и исключения для Венгрии и Словакии. У этих стран нет прямого доступа к СПГ-терминалам, им придется пользоваться посредниками, чтобы получать сжиженный газ от Германии, Италии или Греции. Из-за этого они потеряют то уникальное конкурентное преимущество перед Австрией и Польшей, которое у них было с 2022-го за счет закупок газа у РФ. Однако, по словам директора по исследованиям Института энергетики и финансов, даже если Венгрия и Словакия выбьют из Брюсселя для себя исключение, Россия сохранит экспорт газа в Европу в объеме не более 8 млрд в год.

Тут важно отметить, что, по сравнению с предложением Еврокомиссии, Совет ЕС упростил таможенные обязательства, установив менее строгие требования к документации и процедурам импорта нероссийского газа. В таких случаях перед ввозом газа на таможенную территорию ЕС необходимо предоставить уполномоченным органам только подтверждение страны-производителя. Для сравнения: при импорте газа из России на переходном этапе с 2026 по 2028 гг. потребуется больше информации (включая дату и срок действия контракта на поставку, количество закупленного газа и любые изменения в контракте). В перспективе это может сохранить возможность реэкспорта российского газа из Турции.

Впрочем, ЕС уже на практике показывал, что готов порой идти на самые крайние меры, поэтому даже полной остановки «Турецкого потока» исключать нельзя. В таком случае, считает Алексей Белогорьев, России придется смириться с потерей объемов поставок по этому газопроводу. Перенаправить их в Казахстан или другие среднеазиатские республики не получится, поскольку туда уже увеличивается экспорт. Останется, пожалуй, только вариант создания новых СПГ-проектов под эти объемы. Но проблема в том, что даже у ныне действующих СПГ-заводов и так множество проблем со сбытом (нехватка оборудования и газовозов из-за санкций).

Европа готова рискнуть

В техническом плане Европа почти готова к потере поставок газа из России. За последнее десятилетие страны Евросоюза расширили уже действующие и создали дополнительные мощности по регазификации, т. е. регион готов принимать огромное количество СПГ.

Регазификационные терминалы в Европе. 

Фото: GIE

В период с 2021 по 2023 год мощности Европы по импорту сжиженного газа увеличились на 22%, а в 2024 году — на 7%. С 2022-го Европа увеличила мощности по регазификации СПГ на 78,6 млрд кубометров, из которых 70,9 млрд кубометров пришлось на ЕС (12 новых терминалов и 6 проектов по расширению). В итоге общая мощность импорта СПГ в ЕС достигает около 250 млрд кубометров в год (или 185 млн т в год).

При этом у большинства объектов есть весьма большой запас мощности, поскольку средняя загруженность терминалов для импорта СПГ в ЕС снизилась с 58% в 2023 году до 42% в 2024 году. Проще говоря, у Европы достаточно инфраструктуры чтобы принять такое количество СПГ, которое может заменить выпавшие объемы из-за остановки закупок у России. Другой вопрос, что стоимость такого сжиженного газа в силу того что его нужно будет доставлять из США через Атлантику или из Катара с Ближнего Востока, будет несколько выше, чем если бы СПГ закупался европейскими покупателями у российского «Ямал СПГ». Но в Еврокомиссии надеются, что после 2026 года будет более благоприятная для покупателей газа ситуация с ценами.

По мнению Алексея Белогорьева, весь экономический расчет Еврокомиссии построен на резком увеличении притока СПГ в Европу. После почти четырех лет нехватки на рынке, сейчас мы видим переизбыток сжиженного газа.

«ЕК рассчитывает на снижение цен контрактного и спотового СПГ на мировом рынке за счет роста предложения на мировом рынке в ближайшие годы»,

— говорит директор по исследованиям Института энергетики и финансов.

Безусловно, в США экспортные возможности СПГ, если все пойдет по плану, почти удвоятся, достигнув до 190 млн т сжиженного газа в год. Да и Катар ближе к 2030 году намерен увеличить производство СПГ с 77 млн т в год до 160 млн т. На мировом рынке сжиженного газа действительно проблем с предложением товара не будет, что может удерживать стоимость на весьма приемлемых для покупателей в ЕС отметках. Но это в идеале, если не будет никаких конфликтов на Ближнем Востоке и потрясений в мировой экономике, что в последние годы стало происходить довольно часто.

Коэффициент использования мощностей СПГ-терминалов в Европе не просто так все время на отметке примерно в 50%. Объекты не принимают сжиженный газ на пределе своих мощностей, во-первых, из-за нежелания европейских потребителей закупать такой энергоноситель (считается для них более дорогим, чем трубопроводный), во-вторых, из-за ограниченной инфраструктуры для подключения к газопроводам.

Яркий пример — Испания, у которой самые большие мощности по регазификации в ЕС, но недостаточное количество трубопроводных соединений с соседними странами, что ограничивает ее возможности по распределению СПГ на региональных рынках. Такого рода ограничения могут после 2028 года, когда исчезнет российский газ, сдерживать рост поставок СПГ из США. Но Европа, похоже, все же готова рискнуть.

Автор: Илья Круглей